Консультация налогового юриста: секреты минимизации

Желание платить налогов меньше – абсолютно законно. Государство предоставляет разные режимы налогообложения для лиц с разными финансовыми возможностями. Налогоплательщик вправе выбирать наименее затратный для себя.

Однако право на налоговую экономию имеет свои пределы. Налогоплательщик может придумать нужную ему схему, которую он будет использовать для минимизации налогообложения. Однако она с большой вероятностью попадет под пристальное внимание налоговых органов. Сможете ли Вы отстоять ее перед налоговыми органами и/или судом?

Границу дозволенного манипулирования правовыми средствами со стороны налогоплательщика определяет во многом судебная практика, которая на сегодняшний день выработала наиболее общие правила, призванные помочь Вам при разработке схем минимизации налогов.

Во-первых, в рамках схемы нужно доказать реальность совершаемых хозяйственных операций. Например, вы – торгующая компания, которая в скорости превысит необходимый лимит выручки для соблюдения условий нахождения на упрощенной системе налогообложения. Вы решили разбить выручку этой компании на два внешне самостоятельных юридических лица. В этом случае Вам необходимо доказать, что они в действительности (объективно) достаточно независимы друг от друга (наличие разных центров хозяйствования (директоров), отдельных помещений, персонала и т.п.).

Во-вторых, Вы должны обосновать разделение компаний неналоговым мотивом. Т.е. экономия на налогах не может быть единственным мотивом использования тех или иных способов хозяйствования, а лучше даже второстепенным. В нашем примере Вам нужно будет указать, что создание второй компании обусловлено, например, развитием одного из направлений продаж, который вырос настолько, что удобней и коммерчески целесообразно выделить это направление в отдельное юридическое лицо.

Судебная практика.

Явным положительным примером для налогоплательщика является постановление Президиума ВАС РФ № 15570/12 от 09.04.2013. В нем суд указал, что в рассматриваемом деле имело место не разделение (дробление) бизнеса для целей получения необоснованной налоговой выгоды, осуществлявшегося обществом «Металлургсервис», а прекращение этой деятельности с организацией ее на базе вновь созданного юридического лица. Вновь созданное общество было учреждено обществом «Металлургсервис» совместно с иными физическими лицами, доля участия которых составила 75 процентов. Доказательств номинального характера участия указанных физических лиц и того, что действительным единственным участником, принимающим решения и извлекающим выгоду от деятельности вновь образованного общества, являлось общество «Металлургсервис», в материалах дела не содержится.

В постановлении Президиума ВАС РФ от 22.01. 2012 № 9790/12 по ОАО «Уйское сельскохозяйственное предприятие» суд занял позицию налоговых органов. Суд отметил, что деятельность налогоплательщика не позволяет отнести его к категории «сельскохозяйственный товаропроизводитель», поскольку общество получало доходы от реализации крупного рогатого скота, откорм которого по договору возмездного оказания услуг осуществляла другая компания. В штате Общества был только руководитель и бухгалтер. В связи с этим у общества не было оснований для перехода на специальный налоговый режим в соответствующем периоде.

Интересным является дело, рассмотренное судом в постановлении ФАС СЗО № А56-10236/2007 от 04.02.2009. В рамках данного дела налоговый орган усмотрел схему в следующем. Банком были заключены кредитные договоры по предоставлению денежных средств. После получения процентов по таким договорам банк уступал право требования по этим кредитным договорам иностранной компании (Кипр) по одной цене, а через время выкупал такие права обратно по увеличенной стоимости, примерно соответствующей полученным от должника процентам. Алгоритм сделок повторялся регулярно. При этом должник не знал, что право получения от него денежных средств переходило регулярно от одного лица другому.

Разрешая спор, суд отклонил как неподтвержденные достаточными доказательствами доводы налогового органа о направленности действий банка, произведенных в рамках описанных «схем», на получение необоснованной налоговой выгоды. Суд указал, что осуществляя зачет встречных однородных обязательств и не получая платежа от инвестора по его обязательствам, банк также не осуществлял денежного платежа в пользу инвестора по собственным обязательствам перед этим инвестором, что позволило банку сумму средств, изначально перечисленную ему инвестором для покупки прав требования по кредитному договору, не возвращать обратно инвестору, а использовать для проведения других банковских операций, что в итоге значительно снизило расходы банка.